О ходе круглого стола «Ближний Восток – Северный Кавказ: культурная политика в деле укрепления межнационального мира и межрелигиозного согласия»

Во вторник 27 марта в Москве в палатах Аверкия Кириллова (здании Института природного и культурного наследия имени Д.С. Лихачева) состоялся круглый стол «Ближний Восток-Северный Кавказ: культурная политика в деле укрепления межнационального мира и межрелигиозного согласия». В рамках мероприятия состоялась также презентация одноименного проекта.

Со вступительным словом выступил и.о. директора Института Наследия и член Оргкомитета проекта Евгений Бахревский. Он отметил символичность того, что проект стартует в здании 16 века, где в 1864 году по инициативе графа Уварова было организовано Московское археологическое общество. По словам Бахревского, «археология и краеведение России началось непосредственно в этой комнате, где проходит круглый стол».

С кратким рассказом о проекте выступил его руководитель, член Оргкомитета проекта Михаил Чернов. «Нам оказано Фондом президентских грантов, и, следовательно, государством большое доверие в том, что касается реализации  вопросов, о которых мы говорим. В рамках проекта пройдут три основных мероприятия. Первое – конференция «Положение этнических и религиозных меньшинств в условиях многонационального региона. Конференция пройдет в мае в Москве. Состав участников из государств Ближнего Востока будет достаточно внушительным – ожидаем представителей этно-религиозных групп из этого древнего региона, стран «Благодатного полумесяца». Что мы, собственно, хотим? Мы понимаем, что в регионе идет война и что, скорее всего, она будет расширяться географически. Появятся новые военные векторы и новые участники противостояния, государства, чьи интересы так или иначе придется учитывать. В то же мы понимаем, что за войной неизбежно последует мир. И что ответственность за будущий мир мы должны брать на себя уже сейчас. Брать ответственность – значит готовить новую ситуацию и вырабатывать новые правила. Нам необходимо сохранить все богатство и смыслы стран «Благодатного полумесяца» в его разнообразии. Здесь родились многие основы современной цивилизации, как Запада, так и Востока. И если их «зачистить» по тем или иным политическим или военным соображениям, то произойдет упрощение региона, стирание каких-то элементов, важных для цивилизации. Так что выстраивать основы будущего мира необходимо уже сейчас.

Выстраивать каким образом – пригласить в Москву представителей региональных этно-религиозных общин, а также экспертов из стран, которые играют значительную роль в региональных событиях. Это Россия, Турция и Израиль (и как территории региона и как силовые игроки со своими интересами), на некоторых площадках Саудовская Аравия и Иран. Особенно хочу подчеркнуть, что мы вовсе не стремимся приглашать гостей исключительно лояльных к российской позиции и политике. Позовем и тех, кто настроен критично, и вместе будем выстраивать наше общее будущее.

Почему «Ближний Восток – Северный Кавказ». Типологические, культурные, исторические, кровные связи и были и сохранились и актуальны. В рамках второго мероприятия, в Махачкале, мы планируем проведение круглого стола: «Сохранение национальной и религиозной традиции в условиях экстремизма». И понятно, что российский опыт, северокавказский опыт, дагестанский опыт… эти модели могут оказаться очень важными для сосуществования различных групп на Ближнем Востоке.

Конференция во Владикавказе в партнерстве с Северо-Осетинским государственным университетом (СОГУ) «Северный Кавказ на стыке цивилизаций: культурная политика как ресурс укрепления межнационального мира и межрелигиозного согласия». Сейчас активно идут контакты между Россией и Арменией, Грузией, Ираном, Турцией. Мы понимаем, что границы откроются, и базовые пути будут проходить на стыке цивилизаций, через культурный перекресток, а именно – в Осетию. Соответственно, мы планируем собрать представителей народов региона, который станет связующим звеном в наших контактах с государствами Ближнего Востока, укрепить связи и заложить основы долгосрочного диалога. Результатом мероприятий должно стать формирование международных экспертных групп, которые будут работать в медиа пространстве и внутри своих государств. По итогам московской конференции, мы попробуем принять общую декларацию.

 

«Для меня этот проект очень важен, потому что (не хотел бы употреблять любимый всеми термин «передовой рубеж») это проект пионерный. Проект, который позволяет посмотреть синергию макрорегионов в условиях новой глобализации… Прежней глобализации  более не существует, прежде всего, по причине нарастающей деградации социально-политических институтов и процессов, которые под нее выстраивались», — заявил председатель Оргкомитета проекта, профессор НИУ-ВШЭ Дмитрий Евстафьев. Почему мы в нашем проекте объединяем Северный Кавказ и Ближний Восток? Это оправдано следующими шестью причинами. «Во-первых, оба макрорегиона – территории незавершенной социальной модернизации  и одновременно прерванной модернизацией экономической. Второе, оба макрорегиона являются территорией конкуренции социально-политических институтов различного порядка: архаических институтов, институтов премодерна и модерна, ослабленных в результате крушения систем советского модерна и арабского национализма.  Есть элементы и постмодерна: в целом ряде стран можно говорить о существовании постиндустриальных анклавов. Третье, это территории условных границ государственного строительства и этнических границ. И в том и другом регионе они флюидны и зависят от ряда факторов, в том числе, тех, которыми человек не может управлять: изменение направления ветра, увлажнений-засух и т.д. Четвертое, и Ближний Восток и Северный Кавказ – территории противоборства культурных, социальных и коммуникационных технологий и смыслов между городом и деревней. Нигде они не проявляются так остро, как в этих регионах. Пятое – наличие имманентных базовых сетевых связей… И шестое – это территории взаимодействия культур, которые порождают синкретические смыслы, синкретические идеологические конструкции. И мы пока не знаем, какие идеологические конструкции будут результатом событий на Ближнем Востоке и Северном Кавказе в конце 90-х и в 2010-годы. Поэтому главный запрос, который я вижу при исследовании этих процессов – это запрос на комплексность и междисциплинарность понимания… Мы переоцениваем значимость и устойчивость политических институтов. История последних 50-ти лет говорит, что крушение крупных систем – государств, сообществ, организация – начиналась с той фазы, на которых переставали работать социальные институты. Изучение событий на Северном Кавказе и на Ближнем Востоке позволит дать существенные ответы на вопросы о том, что такое новая глобализация и ее этапы», — сказал Евстафьев (видео выступления Дмитрия Евстафьева «Ближний Восток и Северный Кавказ как территории противоборства смыслов: истоки, причины, будущее»).

С докладом «Культурная политика в вопросах национальных и религиозных отношений» выступил и.о. директора Института Наследия Евгений Бахревский. «В названии проекта значится «культурная политика». Под этим словосочетанием мы понимаем и культуру, и информацию, и межрелигиозные отношения, которые строятся по единым принципам. То есть государство что-то делает в этой сфере на основании определенных документов. У нас в государственных документах стратегического планирования используются термины «российская цивилизация», «ценности российской цивилизации». На мой взгляд, культурная политика – целенаправленная трансляция ценностной системы собственной цивилизации        , как внутри страны, так и вовне… Что касается Ближнего Востока и Северного Кавказа. Регионы сходны между собой с точки зрения социальной, этнической и религиозной пестроты, но в то же время, являются на протяжении столетий ареной противодействия трех имперских цивилизационных проектов. Речь идет о Византийской цивилизации, на месте которой возникла Османская империя, с другой стороны это Иран, а также Российская Империя, которая является наследницей Монгольской Империи и Золотой Орды. Конгломерат общин и традиций находился под влиянием этих трех факторов. Это уже само по себе накладывает свой отпечаток и на сегодняшнюю ситуацию. С одной стороны сложился ситуативный союз России, Турции и Ирана, с другой – я вижу в нем попытку трех цивилизация договориться о том, как действовать в регионе, о переустройстве в меняющемся мире… Если брать Ближний Восток  и Северный Кавказ, очевидно, что мы предлагаем Ближнему Востоку нашу модель, как у нас устроено на Северном Кавказе. Захочет ли Ближний Восток взять за модель своего внутреннего устройства нашу модель, это большой вопрос. С другой стороны, мы должны посмотреть, как работает наша модель в тех условиях, и устраивает ли она народы. Сравнивание того, что происходит у нас и на Ближнем Востоке – осень полезное дело. И проработка того, что нам делать на Ближнем Востоке, поможет разобраться с ситуацией на Северном Кавказе и сделать полезные выводы для наших внутренних дел», — сказал Бахревский. (полное видео выступления).

Далее выступил член Оргкомитета проекта белорусский политолог Юрий Шевцов. По его словам, потенциальным эксклюзивом проекта может стать своего рода анализ и мониторинг ситуации на Ближнем Востоке, которая складывается по итогам всех идущих там войн. И те культурные подвижки, которые там происходят – исчезновение одних общин и появление других – очень динамичны, настолько быстро происходят, что их очень сложно зафиксировать. В числе  таких подвижек, общин на которые я обратил бы внимание – христианские церкви и христианские общины в регионе. Те церкви и общины, которые очень долгое время существовали в регионе, находятся под угрозой уничтожения, и необходимо фиксировать, сколько их осталось. Тот формат, который у нас складывается: встречи и консультации с людьми из этого региона – это возможность получать информацию о том, что происходит с ними, по крайней мере, с теми из общественных групп и культурных общин, которые более-менее комплиментарны России. То есть первое это мониторинг и анализ, пользуясь теми ресурсами, которые находятся в нашем распоряжении посредством экспертной коммуникации. Второе, я поддерживаю мысль, что нужно думать о своих цивилизационных интересах в регионе, а не просто абстрактное изучение . И в этом смысле надо обратить внимание на интересантов с российской стороны, которые могут быть заинтересованы в более активном присутствии там.  Прежде всего, я видел бы такой группировкой ИГ, а такой общностью – церковь. У нас уже не раз звучали заявления патриарха и о священной войне на Ближнем Востоке и иных формах эмоциональной поддержки христиан региона. Возможно, церковь целесообразно привлечь в качестве участников обсуждений.

Мне кажется в регионе происходят сложно прогнозируемые подвижки в суннитской среде. То она вспыхивает большими радикальными проектами, то регресс. Здесь нужна точка вход в эту среду. Чисто абстрактно здесь может оказаться важным Северный Кавказ. Не знаю, насколько совместима суннитская культура на Ближнем Востоке с теми формами, которые сложились на Северном Кавказе, которые не радикальные и находят себя в рамках российской государственности. Потому что, чем бы не закончились боевые действия, это будет нужно. И, наконец, мы туда приходим последними. Туда с похожими проектами заходят и Ватикан и Евросоюз, и другие. Здесь нужен диалог со всеми теми игроками, которые там уже находятся. Но главная отправная точка – эксклюзивная постоянная информация о том, что там происходит.

По словам представителя Центра традиционных культур и члена Оргкомитета проекта Александра Собянина, Россия в регион приходит последней, это означает большую ответственность и необходимость налаживать отношения со всеми силами, причем не только политическими, так и культурными. Евразийская цивилизация, наверное, единственная способна найти взаимопонимание и с культурными элитами, не разделяя военный азарт российской стратегии. В регионе должны видеть сибиряков, казахов, узбеков, уральских, сибирских, дальневосточных экспертов, не удастся выступать в регионе в качестве российской цивилизации, а не частной экспертной инициативы.

В регионе, особенно в культурных элитах, в этом есть потребность. Война на Ближнем Востоке уже идет, война подходит к нашему государству. И в этих условиях надо заботиться о победе и, как уже было сказано, послевоенном устройстве мира. И надо понимать, что в том, что касается послевоенного устройства, и Российская Империя и Советский Союз и будущий Евразийский союз имеют уникальный опыт работы во вновь формируемом этническом и религиозном пространстве. Суннитская община для России является определяющей, учитывая состав мусульман в России и странах Евразии. И то, что Россия может работать и с национальными и с культурными элитами и с племенными, очень важно. Архаика, которой и на Кавказе и на Ближнем Востоке намного больше, чем в основной части Большой России, означает в числе прочего, что будущее устройство будет иным, чем было до войны. Устройство Кавказа, социальные практики, коммуникации будут иными, чем были в советский период. То же самое можно сказать и о Ближнем Востоке.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.